Share, , Google Plus, Pinterest,

Posted in:

Последний шик: как «Безумцы» изменили телевидение и вернули нам 60-е

Мэттью Вайнер ставит памятник сразу двум эпохам

Мы уже писали о влиянии на телевидение «Секретных материалов», «Баффи», «Дарьи», «Друзей», «Теории большого взрыва» и «Доктора Кто». Все они вдохновляли, меняли стандарты жанра, переосмысливали телевизионные стеретипы и форматы, а также регулярно популяризировали самые разные профессии. Пока на Amazon дебютирует шоу «Романовы» Мэттью Вайнера, мы рассказываем о другом его сериале, который полностью изменил ландшафт современного телевидения. И приучил многих к «Олд Фэшну». Конечно же, речь о «Безумцах».

Взмах крылом бабочки

Первый набросок сценария о рекламном агентстве появился еще в 2000 году, когда Вайнер работал в сериале «Беккет». Черновик пролежал в столе 2 года, пока его не увидел продюсер Дэвид Чейз. Работа Мэттью ему понравилась, так что он пригласил его на HBO, работать с командой «Клана Сопрано». Сценарист не стал отказываться, но в то же время параллельно его компания пыталась найти площадку для запуска шоу «о рекламе в 1960-х, сквозь призму которой подается история». Проблема была в том, что рынок премиум ТВ тогда был очень маленький. Это сейчас мы привыкли к тому, что никому не известный Starz может запустить «Американских богов», а Netflix и Amazon швыряют деньгами в каждого, кто подает хоть минимальные надежды.

В начале 2000-х был только один король — HBO, трон которого тщетно пытались подпилить Showtime и FX. Запускать масштабное драматическое шоу, завязанное в первую очередь на истории, можно было разве что на этих платформах. К сожалению для Вайнера, каналы не заинтересовались проектом, который позже станет сериалом «Безумцы». С точки зрения история, он действительно выглядел вызывающим — даже сам создатель называл его «мыльной версией «Сопрано»». Вялотекущая история без резонансных преступлений или других триггеров, привлекающих зрителя, да еще и скрупулезно воссоздающая 60-е? Проще было просто сжечь вагон налички.

Куда же тут без случая. Идея пилота попалась на глаза вице-президенту AMC Кристине Уэйн. Это был 2006 год — величайший сериал эпохи, «Сопрано», готовился к последнему сезону и на телевидение появилось новое вакантное место чемпиона. Канал в то время специализировался на процедуралах вроде CSI и работа с таким огромным проектом, как «Безумцы» казалась… безумием (это как изменился рынок, что спустя десятилетие такая фраза выглядит нелепо). Уэйн решила рискнуть вопреки совету большинства и подписала Вайнера на съемки сначала пилота, а потом и первого сезона.

Популярность «Безумцев» перевернула все с ног на голову. Во-первых, телевизионные эксперты по прежнему считают, что сериал не должен был «взлететь». Такой эффект неожиданности внезапно добавил уверенности всему рынку — если получилось у AMC, тогда почему нам не попробовать? Сильнее всего подстегнуло Netflix. Корпорация как раз поссорилась с HBO и решила разрабатывать собственные шоу, а тут как раз и пример успешного кейса подошел. Во-вторых, АМС уверовали в собственные силы и бросили больше ресурсов на еще один многообещающий проект — «Во все тяжкие» Винса Гиллигана. Кроме того, канал начал все активнее искать новые вариант сериалов подобного рода. Топ-менеджеры компании не скрывая называют именно «Безумцев» причиной того, что в дальнейшем на экран вышли «Ходячие мертвецы».

Иронично, что сериал, идеально иллюстрирующий идею «премиального телевидения», на самом деле похоронил ее, показав индустрии, что любой может делать контент такого рода.

Исторический экскурс

Сериалы на историческую тематику никогда не пробивались на премиальное телевидение. Слишком большие затраты на визуальную составляющую, слишком сложно воссоздать эпоху, слабо заинтересованный зритель — причин было много. Большинство шоу в подобном сеттинге были условно фэнтезийными («Ксена», «Геркулес») и не занимались таким скучным делом, как внимание к деталям. Вайнер же превратил «Безумцев» в идеальный пример того, как нужно возвращать зрителя в прошлое.

Интерьеры, атмосфера, музыка, предметы быта — все было настолько тщательно подобрано, что многие фанаты вели блоги, где объясняли отдельные отсылки к тому времени. Более того, команда сериала внимательно относилась к хронологии событий — действие шоу развивается с 60-го по 70-й и изучая детали, можно узнать, когда именно происходит определенный эпизод. Постеры фильмов и фестивалей, комиксы, календари, знаменитые события — все находится четко на своем месте. С другой стороны, чего удивляться, если одним из заданий «Безумцев» было как раз посмотреть на поп-культуру того времени сквозь призму рекламного агентства.

Уже после успеха сериала многие каналы взяли на вооружение идею «перемещения во времени». HBO в срочном порядке запустили успешную «Подпольную империю», воссоздавая ее настолько точно, что потратили более двух миллионов на отстройку набережной Атлантик-сити с характерным деревянным настилом. Фанаты Содерберга должны с особым пиететом относиться к работе Вайнера — без успеха его сериала, канал Cinemax никогда бы не решился запустить «Больницу Никербокер».

В плену Дона Дрейпера

Мы бы с удовольствием назвали влияние «Безумцев» на культуру конца 2000-х «исключительным», если бы параллельно с ним не вышел еще один культурный феномен — «Сплетница». Но если популярность сериала от The CW была массовой, то детище Мэттью Вайнера в первую очередь влияло на более респектабельную публику — не даром оно было представителем прайм-тв.

Шоу поставило все еще не побитый рекорд «Эмми» — 4 подряд статуэтки лучшему драматическому сериалу, и существенно изменило культурное восприятие жизни «высшего света». Сериал вернул моду на 60-е (сейчас сложно поверить, что ее не было какое-то время) как в дизайне одежды, так и интерьеров. В 2015 году New York Times даже поднимали проблему чрезмерной увлеченности дизайнеров эстетикой сериала, которая негативно влияла на общемировые тенденции в индустрии.

Пока Хэнк Муди становился иконой для подростков, Дон Дрейпер стал иконой стиля для офисных сотрудников и завершил создание идеального мужского персонажа на телевидении. Практически все герои сериалов, вышедших после «Безумцев», так или иначе воссоздавали образ персонажа Джона Хэмма. Сложно поверить, что креативный директор «Стерлинг-Купер» первой большой ролью актера. Также Дрейпер существенно повлиял на прически (вернул популярность идеально уложенных волос) и алкогольную культуру. В опросе Esquire 2015 года многие бармены утверждали, что именно популярность сериала окончательно убила цветные коктейли с трубочками, вернув моду на классику.

О рекламе и говорить нечего — индустрия внезапно заинтересовала молодежь, а кетчуп Хайнц даже выкупил идею, которую Дон Дрейпер питчил в 6-м сезоне (фотографии стейка, картошки фри и бургера с надписью «Передай Хайнц»).

Mad Women

Пусть вас не вводит в заблуждение название шоу – «Безумцы» рассказывают не только о решительных мужчинах рекламного бизнеса, но и о женщинах. Возможно, Дон Дрейпер стал ролевой моделью для миллионов парней, но образы Пегги Олсен (Элизабет Мосс), Бетти Дрейпер (Дженюари Джонс) и Джоан Холлоуэй (Кристина Хендрикс) задали тон женской репрезентации в поп-культуре на долгие годы. Главная особенность того, как сериал Мэттью Вайнера изображает девушек – сложность героинь. С одной стороны, протагонистки вызывают у зрителя симпатию – следуя за своими профессиональными амбициями и поиском счастья, они ломают рамки патриархального общества. С другой – Вайнер не стесняется показывать их недостатки, ошибки и шероховатости характера. К слову, это не только заслуга шоураннера, но и сценаристок, работавших над проектом (их было больше, чем мужчин, что до сих пор является редкостью).

Каждая из героинь проходит эволюцию и развивается. Джоан в первом сезоне мечтает уволиться и выйти замуж, но со временем понимает, что карьера для нее важнее, идеальная домохозяйка Бетти исследует собственную сексуальность, а Пегги проходит путь от скромной секретарши к главному копирайтеру компании. Феминистичные сюжетные линии протагонисток подчеркиваются с помощью операторской работы. В первом сезоне камера представляет собой «мужской взгляд», обьективируя Джоан и концентрируясь на изгибах ее тела вплоть до того момента, когда героиня Хендрикс не смотрит прямо в экран, показывая, что она – не бездумное украшение офиса, а человек, осознанно использующий свою привлекательность.