Share, , Google Plus, Pinterest,

Posted in:

Ничего обычного, только кинобизнес: интервью с Денисом Ивановым

Говорим об украинском кинопрокате артхауса и не только с директором дистрибьюторской компании «Артхаус Трафик»

О месте «Артхаус Трафик» на украинском кинорынке

Очень сложно найти баланс между коммерцией и искусством. Мы называемся «Артхаус Трафик», но это не значит, что мы прокатываем только артхаус. У нас в репертуаре есть фильмы типа «Три дня с Роми Шнайдер», новая работа Паоло Соррентино «Сильвио и другие» и один из фаворитов оскаровской гонки — «Зелёная книга» с Вигго Мортенсеном и Махершалой Али.

Такие фильмы, как «Зелёная книга», могут расписываться на 100+ экранов и выходить в лидеры уик-энда. С другой стороны, «Три дня с Роми Шнайдер» — это кино для ценителей. Очень разные картины.

Текст

Фото

Malinovska JU
фотограф

О конкурентах

Нельзя сказать, что мы застолбили конкретную нишу. Рынок расширился и появились другие кинокомпании. Мы же не можем отвечать за все арт-фильмы, это слишком много — выпускать по 8 фильмов в месяц.

На кинорынке есть ощущение конкуренции, но в то же время мы сотрудничаем с большинством компаний. Ведь когда выходит арт-кино у другого дистрибьютора, это всё равно расширяет нашу аудиторию. Мы же тоже иногда покупаем фильмы не совсем нашего направления, которые, возможно, могли оказаться у других прокатчиков.

О работе с кинотеатрами

Роспись фильма (количество экранов, на которых показывает фильм и время сеансов — прим. ред.) определяется аудиторией и инерцией мышления людей, работающих в кинопоказе. Мы сотрудничаем со всеми крупными сетями, но, объективно, независимое кино сталкивается с сильным давлением со стороны мейджоров с более мощной booking power. Украинский кинорынок перекошен, потому что есть компания, которой принадлежит его значительная часть. Нет такой конкурентности, которая бывает в других сегментах.

Когда мы начинали, было больше романтики. Люди, занимающиеся фильмами в кинотеатрах, были готовы на эксперименты. С тех пор, как стали развиваться сети, мы видим, что это ушло. Людям всё равно, чем заниматься: кино или чем-то другим. Это просто бизнес.

Мы не видим себя только кинопрокатной компанией. Мы — кинокомпания в самом широком смысле этого слова.

О лауреатах «Золотой пальмовой ветви» и «Золотого льва» (которых мы не видим в прокате)

Не все фильмы могут найти себе место в реальном прокате, даже ограниченном. У фильма может быть аудитория 1500 человек, и проще дать им возможность посмотреть кино на большом экране в фестивальном формате. В таком случае идёт концентрация внимания и какой-то событийности.

Почему и важна «Киевская неделя критики». Фильм-открытие нашего фестиваля — «Счастливый Лазарь» — в обычном кинопрокате будет всегда на грани риска не отбить даже затрат на покупку прав и локализацию. А в программе фестивальных показов он способен собрать свою аудиторию. То же самое и с «Магазинными воришками» (обладателем «Золотой пальмовой ветви» Каннского кинофестиваля 2018 года — прим. ред.).

Может быть, у нас есть предрассудки. Уже прошла мода на азийские кино. Я видел крушение большой французской компании Celluloid Dreams, которая сделала себе имя на кино востока и больших именах оттуда. Они подняли эту волну, возглавили её, а после, когда хайп спал, рухнули.

О прокате фильмов Netflix и Amazon Studios

У нас есть подобный опыт: мы выпускали фильм Amazon Studios «Жаркие летние ночи». С Netflix мы вели переговоры по поводу показа «Ромы», но условия были не очень приемлемыми и для них, и для нас. Дело в том, что фильм сделан под формат звука Dolby Atmos. В Украине есть всего 8 экранов, которые его поддерживают. И это не те площадки, куда, как правило, ходит аудитория этого фильма.

Ещё один момент: реальное количество тех, кто придёт посмотреть «Рому». 8 площадок, поддерживающих формат звука Dolby Atmos, не соберут 250 тысяч человек. То есть наши ожидания по аудитории могут просто не встретиться с минимальным пороговым числом зрителей, которое интересно Netflix. Всё зависит от аудитории и развитости киносети. Не только от того, смогли мы договориться или Netflix зазнался.

О максимальных и минимальных сборах

Фильмы нашего направления редко становятся блокбастерами. 150 тысяч евро — максимальные сборы, до которых могли дотягиваться «Даллаский клуб покупателей», «Сфера». Фильмы такого уровня.

Что касается минимальных сумм… Особенно в начале нашей деятельности было много фильмов, на которые могли прийти 200–300 человек. Например, картины Джафара Панахи собирали скромные деньги, но было бы неправильно не выпускать в прокат обладателя «Золотого медведя».

О киноклубах

Мы не видим себя только кинопрокатной компанией. Мы — кинокомпания в самом широком смысле этого слова и занимаемся культурной дипломатией, проводим фестивали украинского кино за рубежом, организовываем платформы для развития киноискусства вроде «Чілдрен Кінофест» или «Киевская неделя критики». Киноклуб — это тоже один из таких проектов, который вряд ли будет делать прокатчик.

Когда-то в Локарно проводился круглый стол, посвящённый тому, как арткино чувствует себя в разных странах. Феномен — Польша. У них фильмы нашего направления могут собирать значительно больше, чем в Украине, с учётом пропорций рынка. Почему? Там было развито киноклубное движение, которое не исчезло после распада соцблока. Оно родило кинокультуру и дискурс вокруг сферы. Мы обдумали это и создали наш киноклубный проект.

С одной стороны, мы предоставляем наши фильмы бесплатно и легально. С другой стороны, развиваем культуру кинопросмотров в маленьких городах, где нет кинотеатров. Даже охватываем такие категории людей, которые не ходят в кино, а посещают, например, библиотеки. Таких немного, но они тоже есть.

О том, почему звёзды мирового уровня редко приезжают на украинские премьеры

Когда звёзды доезжают до Украины, то это, как правило, личные контакты. Кто-то с кем-то дружит и уговаривает его приехать. Если говорить о выгоде с точки зрения промо-тура автора, который представляет свой фильм, то в первую очередь он поедет в США, Китай, Германию, Россию. На крупные кинорынки, в число которых Украина ещё не вошла.

Мы знакомы с Павлом Павликовским и приглашали его приехать. Но у него сейчас период, когда он даже на эмейлы не отвечает. У него премьеры по всему миру. То же самое у актёров. Это люди, которые являются фаворитами «Оскара» и лауреатами Европейской киноакадемии. Им приходится выбирать, как распоряжаться своим временем наиболее эффективно.

О проблемах проката украинского кино

В Украине, за счёт того, что национальное кино стало занимать более весомое место, обнажились многие проблемы. Со стороны продюсеров есть очень много непонимания в вопросах потенциала рынка и реальных предпочтениях зрителя. Я был свидетелем нескольких конфликтов между продюсерами и дистрибьюторами. Продюсеры думали, что их фильм специально поставили на плохие сеансы и его продвижением никто не занимался, а дистрибьюторы считали, что это с кино что-то не так.

Ещё один якорь украинского кино: немногие проекты выдерживают жанр. Сейчас все абсолютно правильно кинулись снимать локальные комедии. Только там можно за относительно небольшие финансовые вложения получить максимальный эффект и максимальную аудиторию. Как правило, даже в Европе среди национальных картин, которые добрались до высших ступенек бокс-офиса, доминируют комедии. Не фэнтези, не драмы и не фестивальное кино.

Но даже в арт-кино есть определённая драматургия. Она базируется на понимании, что ты хочешь сделать и донести до аудитории. К сожалению, большинство украинских фильмов не учитывают это и попадают в междужанровость. И, с моей точки зрения, она играет злую шутку с кино в прокате.

Да, фильм может быть очень успешным на фестивалях. Это хорошо. Значит, его уже не зря сняли. Но когда дело доходит до кинотеатра, мы сталкиваемся с тем, что режиссёры или продюсеры представляют себе некую виртуальную аудиторию. Мол, все раньше работали с фильмами и у них не получалось. Но вот сейчас мы найдём хранилище людей, которые никогда не ходили в кино, и именно наш фильм им зайдёт. Нужно только найти инструмент, как к ним достучаться. Это очень распространённое заблуждение.

Реальность такова: есть определённые люди, которые уже ходят в кино. У них сформировались привычки и предпочтения, вкусы и зрительский опыт. Нужно соответствовать этому опыту. Например, если говорить о фестивальном кино, то эти зрители видели Гаспара Ноэ, Сергея Лозницу, Паоло Соррентино. У них есть конкретные ожидания.

При этом наша публика достаточно лояльно относится к украинскому кино. Люди стали на него ходить и обсуждать, появляются локальные звёзды, кинопремии и кинофестивали. Всё это работает стратегически.

Когда звёзды доезжают до Украины, то это, как правило, личные контакты. Кто-то с кем-то дружит и уговаривает его приехать.

О просчётах

Мы тоже можем просчитываться. Есть прекрасный фильм, украинская копродукция «Горная женщина: на войне». Когда мы с продюсером запускали кампанию продвижения, то у нас было видение, что это крутое украинское фестивальное кино. Такая категория имеет определённую ёмкость: условно от 500 тысяч до 1 миллиона гривен сборов.

Но зрители считали его, как исландское кино, то есть фильм северных стран. В этой категории у нас выходил последний фильм Аки Каурисмяки «По ту сторону надежды». В итоге «Горная женщина: на войне» собрала то же количество зрителей, что и Каурисмяки. Мы можем сказать, что это очень неплохо, но ожидания у нас были совершенно другие.