Share, , Google Plus, Pinterest,

Posted in:

«Большая маленькая ложь»: четвертая серия

Перед стартом второго сезона «Большой маленькой лжи» казалось, что самая логичная концепция продолжения шоу – фокус на расследовании смерти Перри. Спустя четыре серии, центральная идея сериала кажется куда более размытой: Мэделин ссорится с Эдом и постепенно теряет над собой контроль, Джейн заводит отношения с загадочным незнакомцем, а Рената вынуждена смириться с банкротством.

Порой проскакивают сюжетные линии, которые были бы к месту в более мистическом шоу – появление мамы Бонни заставило зрителей всерьез задуматься над тем, существует ли в мире «Большой маленькой лжи» магия. Даже самый ожидаемый конфликт сезона, сражение Селесты и Мэри Луиз, выглядит не совсем так, как его представляли фанаты. Вместо того, чтобы докапываться до причин смерти сына, героиня Мэрил Стрип сосредоточилась на другой задаче – пытается лишить свою невестку родительских прав.

В какую картинку сложатся все эти фрагменты истории? Что нас ждет в итоге – взрывной финал, в котором все нити переплетутся самым впечатляющим образом, или бесславный и непродуманный конец? Пока судить все еще рано, но четвертый эпизод не сильно обнадеживает. Это вялая и затянутая глава нашей любимой семейной саги, пусть и со своими плюсами – например, с лучшей пощечиной в истории телевидения. Нет, серьезно, могли ли мы представить пару лет назад, что Николь Кидман вдруг ударит Мэрил Стрип по лицу, еще и в сериале от HBO? What a time to be alive.

Селеста на грани срыва

Мэри Луиза (Мэрил Стрип) – удивительный персонаж. С одной стороны, она чрезвычайно хитрая – в каждой сцене чувствуется, что героиня над чем-то сосредоточенно размышляет и строит какие-то зловещие (как минимум, для монтерейской пятерки) планы. С другой, более открытого героя сложно найти – мама Перри постоянно озвучивает даже те мысли, которые большинство воспитанных людей бы оставили при себе. Не нравится то, что Мэделин уж очень невысокая? Почему бы не заявить ей это в лицо! В то же время, в ее образе есть и другая дуальность – Мэри Луиза кажется очевидным антагонистом, но и ее мотивацию несложно понять.

К примеру, в четвертой серии свекровь Селесты спонтанно заявилась на вечеринку Мэделин (впрочем, это были скорее посиделки, просто довольно масштабные) и сообщила всем присутствующим, что собирается жить в одном здании с Джейн. Да, той самой Джейн, которую изнасиловал ее сын. Когда растерянная Селеста пытается объяснить женщине общую концепцию личного пространства и общественных норм, ситуация только ухудшается.

Мэри Луиз в очередной раз закатывает глаза и вкрадчиво говорит, что история Джейн может быть выдумкой. А если и нет – то почему Перри проводил время с малознакомыми девушками, а не со своей женой? Может ли быть так, что в этом всем и вовсе виновата Селеста? Может, она чем-то не угодила мужу, и поэтому он ночами искал юных девушек по отельным барам? Тут, конечно, вежливая и милая Селеста не удержалась и отвесила свекрови звонкую пощечину. К сожалению, именно на такую реакцию и рассчитывала героиня Мэрил Стрип – и мы очень быстро узнаем, почему. Оказывается, Мэри Луиза давно задумала коварный план – она неделями собирала доказательства неадекватного поведения Селесты, чтобы попытаться лишить ее родительских прав и забрать близнецов к себе. Подло? Несомненно. Оправданно? В каком-то смысле, да – героиню Николь Кидман действительно сложно назвать идеальной матерью. Она злоупотребляет снотворным и успокоительным, периодически теряет связь с реальностью и чересчур эмоционально реагирует на любые проявления агрессии со стороны детей.

Станет ли близнецам лучше, если их будет воспитывать странноватая женщина, которая уже вырастила одного насильника (и даже не заметила)? Вряд ли. Но, опять же, Мэри Луизу тут тоже можно понять (да, я знаю, что пишу это о каждом герое сериала) – она потеряла мужа и двух сыновей, и возможно ей кажется, что внуки будут шансом завести новые, более адекватные отношения.

Мэделин следует советам женских журналов

Гиперактивная и невротическая Мэдди (Риз Уизерспун) всегда была душой сериала. Она защищает Джейн, поддерживает Ренату (даже в ее не самые уравновешенные моменты) и до сих пор не может себе простить то, что не спасла Селесту. А теперь ее собственная жизнь рушится и бедная миссис Маккензи еле держится чтобы не свалиться в пропасть. Ее последним рывком была попытка замять вину перед Эдом (Адам Скотт). Естественно, Мэдди делала это самым предсказуемым образом (очевидно, взятым из какого-то дамского журнала): чистосердечно признает свою вину, выискивает семейного терапевта и удивляется, почему супруг все еще не простил измену.

Тут нужно отдать должное Адаму Скотту – в большинстве своих сцен Эд пассивно-агрессивно огрызается или просто молчит, играя в игры на телефоне. Думаю, многие актеры выглядели бы в такой роли немного странно. Хотя бы потому, что у героя слишком мало реплик, которые раскрывали бы его истинные эмоции. И все же, глядя на Эда в исполнении Скотта, сложно ему не сочувствовать – видно, что он не просто пытается насолить жене, а постоянно обдумывает свое положение и разрывается между желанием уйти и остаться.

Впрочем, насолить жене тоже получается – Мэделин уже не впервые замечает, что супруг начал больше общаться с Бонни (Зои Кравиц). Готова поспорить, что их взаимодействия будут исключительно дружескими, но посмотрите на ситуацию с точки зрения Мэдди – эта женщина уже подобрала ее бывшего мужа, а теперь зажигательно танцует с Эдом! Возможно, если бы героини Риз Уизерспун и Зои Кравиц сразу проговорили эту ситуацию, никакого конфликта и не было бы. Вот только вечеринка закончилась на такой ноте, что все разговоры об отношениях отошли на второй план.

Бонни и ее мама

Хорошо-хорошо, я знаю, что сценаристы были просто обязаны начать раскрывать героиню Зои Кравиц во втором сезоне, иначе их опять бы критиковали. Но вся эта сюжетная линия с ее (вещей?) мамой пока кажется жутко надуманной. Что означают все эти видения? Собирается ли Бонни покончить с собой? Или кто-то планирует ее утопить? К чему эти мистические подтексты, странные разговоры об энергетике и намеки на непростое детство героини? В книге Бонни действительно страдала от абьюзивного отца, но если сценаристы решили обратиться к этой сюжетной линии, то пора бы уже раскрыть карты.

Так или иначе, сцена вечеринки у Ренаты служит забавной отсылкой к первому сезону – там героини Лоры Дерн и Зои Кравиц тоже танцевали вместе. И, заметьте, тоже на дне рождения Амабеллы.

Рената наряжается в золото
(и теряет все свои деньги)

Если кто-то и тонет прямо тут и прямо сейчас, то это Кляйны – некогда самое богатое семейство Монтерея официально объявили банкротами. Зато мы наконец-то узнали, насколько роскошной действительно была их жизнь до недавнего времени: у супругов был коттедж в Аспене, четырехспальный особняк в Палм-бич, огромная яхта («Амабелла», конечно же) и уютный дом в Монтерее. И как бы весело не было наблюдать за скандалами Ренаты, в этой серии героиню Лоры Дерн становится действительно жаль – она работала всю свою жизнь, поднялась из бедности и потеряла все, потому что ее муж оказался колоссальным дураком.

Неудивительно, что Рената решила поступить всем назло и закатать последнюю роскошную вечеринку. Праздник был якобы заявлен ко дню рождения Амабеллы, но мы ведь понимаем, что ни одна девятилетняя девочка еще не мечтала о диско-торжестве в стиле 1980-х. О таком скорее мечтают взрослые, для которых такая вечеринка – вполне резонный повод нарядиться с ног до головы в золото и плясать с бокалом шампанского так задорно, будто скоро не придется отдавать все свое имущество банку.

У Джейн все хорошо
(но надолго ли?)

Мне бы хотелось, чтобы братья Даффер кое-чему научились у сценаристов «Большой маленькой лжи». Например, умению дать немного отдыха персонажу, который страдал весь предыдущий сезон и наверняка остался с покалеченной психикой. Джейн, которая пережила изнасилование, воспитала сына и переехала в чужой и странный городок, получила заслуженный отдых от драмы – в этом сезоне она находит симпатичного парня, устраивается на новую работу и вообще выглядит вполне живенько. Но, как мы знаем, герои мелодрам редко ведут спокойную жизнь, так что проблемы девушки вряд ли позади. В четвертом эпизоде, например, у нее был интригующий разговор с Мэри Луиз. Кажется, героиня Мэрил Стрип пытается поссорить Селесту с Джейн, а возможно – даже заручится поддержкой новой знакомой на слушании о родительских правах невестки.

Учитывая, насколько важно было создателям шоу, чтобы у сериала был феминистический посыл, я очень сомневаюсь в том, что план Мэри Луиз сработает. Дружба Селесты и Джейн пережила даже тот факт, что у обеих женщин дети от одного мужчины. Но будет любопытно наблюдать за тем, к чему приведут козни героини Мэрил Стрип.

Случайные мысли

— Сюжетная линия детектива, которая следит за героинями, начинает откровенно надоедать, так как служит очень топорным инструментом нагнетания. Мы так до сих пор и не знаем, есть ли у полиции хоть какие-то основания повторно открыть дело — сценаристы упорно не желают развивать ситуацию.

— Если третья серия образцово показывала сложности в отношениях, то новый эпизод начинает наступать на грабли мелодрам. К примеру, пассивно-агрессивное поведение Эда все сложнее воспринимать как адекватную реакцию. Все потому, что сценаристы не раскрывают нам переживания самого героя Адама Скотта, а концентрируются исключительно на Мэделин.

— Куда-то пропала сюжетная линия «матери-дети» о нежелании дочери Мэделин идти в колледж. Интересно, о ней вспомнят до конца сезона?