Share, , Google Plus, Pinterest,

Posted in:

Фрики и гики: из чего состоит мир Тима Бертона

Готика, гротеск и, конечно, Джонни Депп

Тим Бертон – парадоксальная личность в мире кино. Несмотря на его узнаваемый стиль, сложно сказать, насколько сильно режиссер повлиял непосредственно на кинематограф. В отличие от многих других творцов с необычным видением, Бертон не повел за собой толпу последователей и имитаторов, а популярность его лент не повлекла за собой волну сюрреалистической нео-готики в кино.

Но если говорить о влиянии на философию и вкусы самых зрителей, то режиссер «Сонной лощины» тут вне конкуренции. Вспомните хотя бы некогда вездесущие аксессуары с Джеком Скелингтоном, живучесть мультяшной эстетики его «Бэтмена» или вспыхнувшую после выхода «Трупа невесты» моду на мрачный макияж. Перефразируя старую пословицу, за уникальным стилем каждого подростка-гота стоит затертая до дыр коллекция фильмов Тима Бертона.

Рассказываем, из чего состоит абсурдный, неуютный, но необъяснимо очаровательный мир режиссера «Планеты обезьян» и «Битлджуса», а заодно – ищем источники вдохновения самого Бертона.

 

Немецкий экспрессионизм и творческая свобода

В юношестве Бертон хотел стать мультипликатором и, как и многие художники, мечтал работать на анимационного гиганта Disney. После окончания колледжа он даже получил должность дизайнера персонажей для корпорации, а в начале 1980-х срежиссировал для студии несколько короткометражных лент. Сотрудничество было, по словам самого режиссера, неприятным и эмоционально изматывающим: видение Бертона никак не вписывалось в рамки эстетики компании, а его сценарии казались продюссерам слишком мрачными и страшными. После отказа студии выпустить на экраны его игровую короткометражку «Франкенвини», Бертон не выдержал и уволился. Это помогло режиссеру на личном опыте осознать дилемму: работая с большими бюджетами и серьезными студиями, приходится жертвовать независимостью и подстраиваться под чужие требования.

Неудивительно, что ранние ленты Тима визуально напоминают картины немецких экспрессионистов – именно они показали режиссеру, как можно оживить свои самые эксцентричные замыслы при минимальных финансовых затратах. Влияние Фрица Ланга и Фридриха Мурнау чувствуется вплоть до «Эда Вуда» (1994): до этого почти все картины Бертона наполнены сюрреалистичным дизайном интерьеров, контрастным освещением, игрой теней, высокими башнеподобными замками и странными механическими приспособлениями. Позже Бертон немного видоизменил свою эстетику, но отсылки к кинематографу 1920-х присутствуют и в его недавних работах.

Примечательно, что даже персонажи режиссера внешне напоминают звезд немого кино – у героев обычно большие, экспрессивные глаза, маленькие рты и бледная кожа. Клара Боу бы однозначно вписалась в любую из его картин.

Марк Райден «Пес по имени Иисус»
Марк Райден «Девушка в меховой юбке»

Поп-сюрреализм и любовь массового зрителя

Еще одно художественное веяние, повлиявшее на визуальный стиль Тима Бертона – поп-сюрреализм, также известный как «лоубрау-арт» (малообразованное искусство). В 2009 году режиссер провел в Нью-Йоркском музее современного искусства выставку собственных работ, выполненных в этом стиле. Само направление зародилось в Лос-Анджелесе в 1970-х, и черпало вдохновение из самых разношерстных источников: анимации, эстетики субкультур, психоделики и поп-культуры в целом.

Один из самых известных представителей поп-сюрреализма – Марк Райден, чьи рисунки во многом напоминают персонажей более поздних картин Бертона. «Девочка в меховой юбке», например, стала прототипом героини Энн Хэтэуэй в «Алисе в стране чудес», а картина «Пес по имени Иисус» напоминает Хелену Бонем Картер в образе Красной Королевы в той же лене. Как и поп-сюрреалисты, Бертон отрицает необходимость заигрывать с критиками и в первую очередь ориентируется на среднестатистических зрителей.

Смерть и дружба

Смерть – важный элемент сюжета любой из картин режиссера. Эдвард Руки-ножницы из одноименного фильма остается фриком, потому что его создатель умирает еще до начала повествования, не доделав своему творению человеческие ладони. Катализатор событий в «Чарли и шоколадной фабрике» – то, что Вилли Вонка понимает неизбежность своей кончины и решает найти наследника. В центре «Сонной лощины» не только загадочные мистические убийства, но и давняя смерть матери протагониста, травмировавшая его на всю жизнь. Список можно продолжать до бесконечности, но откуда у режиссера такой интерес к потустороннему? Первый «мертвый» персонаж Бертона – пес Франкенвини из многострадального одноименного фильма, появился в результате личной трагедии, смерти домашнего питомца режиссера. «Оживив» любимого пса в киноленте, режиссер задумался над потенциалом своего творчества и возможностью рассказывать вечные истории под новым углом.

Тяжелое детство Бертона – еще одна предпосылка его мрачного мировоззрения. Его отец когда-то был вполне успешным спортсменом, но к моменту рождения сына успел получить травму и начать работать продавцом авиатуров. Матери принадлежала маленькая сувенирная лавка, где продавались исключительно игрушки и статуэтки с изображением котов. Когда юноша жил с родителями, они замуровали окно его спальни, оставив лишь крохотную щель, в которую он одним глазом смотрел на внешний мир. К слову, сам режиссер до сих пор не знает, почему над ним так поиздевались, но предполагает, что родители боялись его побега. Съехав от семьи в 13 лет (сначала – к бабушке, а затем на отдельную квартиру), Бертон был вынужден очень быстро взрослеть и зарабатывать себе на жизнь. Возможно, именно из-за этого он так упрямо пытается сохранить в своих фильмах каплю наивности и детского абсурда.

Сплоченную команду, сформировавшуюся вокруг режиссера, тоже можно трактовать в рамках психоанализа – как «замену» семье. Джонни Депп – рекордсмен среди актеров, работавший с Тимом Бертоном на восьми лентах. Хелена Бонем Картер (к слову, она не только его любимая актриса, но уже и бывшая жена) снялась в семи его картинах. Но самый крепкий творческий союз у режиссера – с композитором Дэнни Эльфманом, написавшем музыку ко всем его фильмам кроме «Дома странных детей мисс Перегрин» и «Суинни Тодда, демона-парикмахера с Флит-стрит». Впрочем, даже тут у Бертона есть отговорка, ведь «Суинни Тодд» – экранизация мюзикла Стивена Сондхайма.